24e2f44e     

Сегаль Валерий - Записки Пьяного Горностая



prose_counter Валерий Сегаль Записки пьяного Горностая 1998 ru ru Ego http://ego2666.narod.ru ego1978@mail.ru FB Tools 2006-07-01 660A139F-998B-412D-8794-F7442BBD19ED 1.0 v1.0 — создание fb2 Ego
Валерий Сегаль
Записки пьяного Горностая
ЭСТЕТ
Жужжали мотоциклы, и пердели девицы на тротуарах. Охуевший гражданин в очках сидел на балконе и кидался в прохожих свежими огурцами; лоточница с толстыми ляжками, торговавшая напротив хуевыми книгами, показывала очкарику мощные кулаки. Умеренная молодежь шаталась по городу и целовала столбы, на вершинах которых визжали от сексуальных сновидений серые белки.
Высокий господин неприятной наружности зашел в пивную и попросил тухлой рыбы.
— А пиво пить не будете? — спросил официант, пританцовывая, почесывая яйца и отгоняя мух грязненьким меню.
— Пиво не пью! — отрезал господин, которого мы впредь будем называть Эстетом.
Получив свою рыбу, Эстет принялся отделять от нее косточки и кидаться ими в сидевшую неподалеку шкуру. Радуясь вниманию Эстета, шкура плевалась в него из трубки сухими горошинами.

Покончив с косточками, Эстет сожрал рыбу вместе с заплесневелой кожурой и поинтересовался у официанта, где можно поссать. Официант указал дорогу и неприлично заржал. Шкура заржала тоже.
Поссав, Эстет покинул пивную и направился в городскую тюрьму, где сидел по пустяковому делу, а по совместительству служил надзирателем.
— Ну-с, — сказал директор тюрьмы, — сидеть изволите сегодня или надзирать?
Эстет предпочел сидеть, прошел в свою камеру, снял с полки сразу оба томика речей Черчилля и лег на тахту. Он знал, что все в этих речах пиздеж, но не мог придумать себе другого занятия, помимо чтения. Однако, полежав и почитав, вдруг придумал.
— Эй, надзиратель! — заорал Эстет. — Научи-ка меня играть в покер.
Надзиратель не замедлил объявиться и принес с собой пьяную крысу и крапленую колоду карт.
— А почему карты крапленые? — спросил Эстет.
— А чтобы тебя наебать, — объяснил надзиратель. — Мы ведь на пиво играть будем?
— Я пиво не пью, — сказал Эстет.
— А зачем же ты заметил, что колода крапленая? — удивился надзиратель.
— Не знаю, — ответил Эстет; ему вдруг расхотелось играть. Он прогнал надзирателя, лег на тахту, повернулся к стенке и умер.
На другой день газеты сообщили:
«В городской тюрьме в возрасте 40 лет скончался Эстет. Врачи констатировали хроническую недостачу пива во всем организме».
СТЕПАНГОРЕЦКИЙ
Степангорецкий решил покончить с собой.
Выждав момент, когда жена ушла из дому, он приступил к осуществлению своего плана: взял моток тесьмы, отрезал от него метра два, сделал петлю на одном конце, а другой крепко привязал к решетке отопительной системы, располагавшейся в потолке над письменным столом, на котором он, естественно, и стоял, привязывая тесьму к решетке. Подготовившись таким образом, он просунул шею в петлю, неумело помолился и спрыгнул.
Решетка со слабым треском отвалилась, и Степангорецкий полетел вниз больно ударившись жопой об пол, а попутно и затылком об письменный стол.
— Еб твою мать! — сказал Степангорецкий, потирая ушибленный затылок и рассматривая изуродованный потолок. — Еб твою мать!.. Но хуй с ним.
Он порылся в среднем ящике письменного стола и нашел там скальпель. Внимательно осмотрев свое пухлое белое предплечье, Степангорецкий нерешительно надрезал его скальпелем. Никакого эффекта! «Надо бы порешительнее!» — подумал Степангорецкий и, слегка поднапрягшись, наконец, всерьез порезался. Кровь потекла на белоснежный ковер, но и только. «Надо бы гораздо решительнее,»



Назад