24e2f44e     

Севастьянова Алла - Эпизоды Из Жизни Рэтикуса



Алла Севастьянова
Эпизоды из жизни Рэтикуса
ВАЛДАЙСКИЕ ВСТРЕЧИ
То взмывая вверх, то ныряя в воздушные ямы, вертолет шел над лесами,
над жемчужными, поседевшими полями. И казалось: гребень леса расчесывал
легкие волосы облака, медленно поворачиваясь у горизонта.
Я запомнила это облако и лес. И синие искры в полях ржи. И еще полные
золотистым закатным светом озера; легшие на лик земли, как веснушки,
холмы; крутые берега рек и длинные тени, укрывшие дороги войн и древних
ледников, паруса рыбачьих лодок и тайну рождения Волги.
Синие искры принесла с собой жатва. Собственно, из-за этого я и
прилетела сюда. Валдайская новь - и люди и техника - должна была стать
предметом внимания и обсуждения на страницах журнала, по заданию которого
была оформлена моя командировка.
По сей день целы записные книжки с беглыми записями, пометками,
вклеенными газетными вырезками - и легко всплывает в памяти эта поездка,
как будто случилась она вчера.
...Вечером в день приезда я сижу у вороха остывающей, пахнущей полем
соломы. Двадцатилетний комбайнер Валька Малинин, балагур и повеса,
рассказывает о срезании стебля лазерным лучом, о часовой точности машины,
берущей зерно бережно, без перегрева и механических повреждений - "в одно
касание".
- Почему же сухой стебель не сгорает в тысячеградусном луче?
Но на вопрос мой, заданный не без некоторого умысла, Валька так и не
отвечает толком. Нелегко, наверное, укладывается в голове мысль о хрупком
стебле и всепроникающем луче, ослепительном и горячем, срезающем без
единого дымка. Мгновенное испарение, своеобразный взрыв в миниатюре - вот
принцип действия лазерного лезвия.
Просто ли управлять лучевым комбайном? Бывают ли отказы? Какие реальные
выгоды дает применение машины? Речь пошла о вещах прозаических, но не
менее интересных.
- У нас места такие есть, что и коню не развернуться. Местность у нас
пересеченная, холмами и оврагами украшенная. Может, обратили внимание?..
- Что там холмы, - прерывает Малинина бригадир. - Машине цены нет: по
балкам идет, точно плывет. А про управление скажу в трех словах: водить ее
под силу и роботу. Да у нас, кстати, и испытывают такого робота. Два
инженера с ним приехали.
Так я впервые услышала о Рэтикусе. А название института, в котором его
создали, вписалось в полное имя своего детища: робот электронный Томского
института автоматики и электромеханики (уже строили первые модели
биомеханических систем, так что эпитет "электронный" вовсе не был лишним).
Малинин участвовал в этих испытаниях, и это казалось мне естественным:
нужно же было научить Рэтикуса водить комбайн. На второй или третий день
после приезда я начала понимать подлинную роль Вальки во всей истории с
испытаниями. Да, не мог он похвастать знанием структуры кристаллических
ячеек и межмолекулярных барьеров, не читал книг и журналов по кибернетике,
да что журналов - и в простейшей рефлексной схеме автоблокировки не смог
бы разобраться он самостоятельно. Но зато золотые руки были у комбайнера
Валентина Малинина. И потому, пока инженеры спорили между собой, ругали
авторитеты и ездили в районный центр для телефонных переговоров со своим и
смежными институтами, Малинин доводил Рэтикуса до кондиции.
Он заслужил полное доверие инженеров после маленького происшествия,
которое могло бы остаться незамеченным, не имей оно прямого отношения к
одной из основных проблем кибернетики.
Как-то ранним утром обнаружили Рэтикуса на берегу нерестового пруда с
удочкой в руках (да, в руках - иначе



Назад