24e2f44e     

Семенов Юлиан Семенович - Испанский Вариант



det_history Юлиан Семенович Семенов Испанский вариант ru ru erick mack FB Tools 2004-12-29 23B0C131-9B3F-4639-B241-E09A70ACEAD4 1.0 Юлиан Семенович СЕМЕНОВ
Испанский вариант
Бургос, 1938, 6 августа, 6 час. 30 мин.
— Это его машина, — сказал Хаген.
— По-моему, у него был «остин», а это «пежо». Нет?
— Это его машина, — повторил Хаген, — вчера вечером он схватил машину своей бабы после того, как она сбежала в Лиссабон. Это точно.
— Да не волнуйтесь вы так, приятель, — усмехнулся Штирлиц, — если это он, мы его возьмем. А если не он? Хордана устроит нам серьезные неприятности через Риббентропа.

Все молодые министры иностранных дел любят поначалу соблюдать протокол: видите, у этого «пежо» дипломатический номер.
Хаген высунулся из окна «мерседеса». Он весь замер, наблюдая за тем, как Ян Пальма выскочил из маленькой, выкрашенной в грязно-зеленый цвет машины и бросился к выходу в аэропорт Бургоса.
— Это он, — сказал Хаген. — Сейчас вы его узнали?
— Узнал. Сейчас узнал, — ответил Штирлиц, закурив. — Но ведь он улетает…
Хаген тщательно обгрыз ноготь на мизинце и ответил:
— Он не улетит.
— Вы неисправимый оптимист…
— А вы неисправимый пессимист, штурмбанфюрер, — вдруг широко улыбнулся Хаген, заметив Пальма, выбежавшего из аэровокзала. — Сейчас он полезет в машину и начнет ковыряться в чемодане…
— Вы провидец?
— Нет. К сожалению. Просто его паспорт сейчас оказался в кармане моего человека.
К «мерседесу» подъехал пикап и остановился почти вплотную — с той стороны, где сидел Хаген. Седой старикашка со слезящимися глазами протянул Хагену зеленый паспорт. Хаген, взяв паспорт, дал старикашке пачку денег, и пикап, резко рванув с места, понесся по желто-красной песчаной дороге к горам.
— Все, — повторил Хаген, — сейчас он ринется к себе в отель. А по дороге мы его возьмем.
— Вдвоем?
— Почему? Пикап будет ждать нас за поворотом. В него сядут наши люди.

Они подставят этого седого жулика под машину Яна Пальма, и вам не придется улаживать скандал со здешней полицией, если даже он возникнет.
— Слушайте, приятель, я не люблю играть втемную. Почему я ничего не знал об этой операции?
— Только потому, что вас не было до утра, и Берлин поручил все провести мне… Вместе с вами…
— Ох, честолюбец, честолюбец! — проворчал Штирлиц. — Погубит вас честолюбие, Хаген.
— Едем, — сказал Хаген, — сейчас он двинет в отель.
Хаген оглянулся: из-за ангара, где стояли самолеты легиона «Кондор», медленно выползала тупая морда военного грузовика.
— Все, — повторил Хаген и по-мальчишески счастливо засмеялся. — Как по нотам.
* * *«Ничего, — думал Ян, выжимая педаль акселератора, — я его оставил в столе. Или на столе. Просто я очень испугался… Не надо так паниковать.

Через час будет самолет в Париж. Ничего. Самое главное, постараться быть спокойным. Как вареная телятина.

Или как рисовый пудинг. А почему как пудинг?»
Ян не успел ответить на этот дурацкий вопрос. Вообще-то в минуты опасности он любил ставить себе дурацкие вопросы и давать на них смешные, но обязательно логические ответы — это давало ему какую-то разрядку. Он не успел ответить себе, потому что пикап, который он обгонял, вдруг резко взял влево, и Пальма затормозил, но пикап по-прежнему тянул влево; раздался хрусткий и тугой удар металла о металл, и Пальма почувствовал, как его машину бросило в кювет… На какое-то мгновение он ослеп, потому что вместо укатанной дороги он увидел красно-бурую, поросшую коричневой травой глыбистую глину, а потом инстинктивно зажмурился, когда серый сук распорол ветровое



Назад